симфонический оркестр Москвы
Русская филармония
ГБУК г. Москвы «Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония»

Примирить оперный жанр с эстрадным

Издание: 
Belcanto.ru
Дата публикации: 
6 Ноябрь, 2016

На IV Международном конкурсе вокалистов имени Муслима Магомаева

На Международном конкурсе вокалистов имени Муслима Магомаева, который проходит с интервалом раз в два года и в этом году состоялся уже в четвертый раз (22 и 23 октября), автору этих строк довелось оказаться впервые. I Конкурс прошел в октябре 2010 года в фешенебельном концертном зале «Крокус Сити Холл», построенном и торжественно открытом в 2009 году в память о легендарном певце и композиторе, безвременно ушедшем из жизни в октябре 2008 года. Советский, азербайджанский и российский Орфей, Муслим Магомаев был подлинно народным кумиром миллионов: его неповторимого тембра голос и чарующие мелодии многие годы несли свой благодатный свет в наши сердца и души.

«Крокус Сити Холл» был построен по инициативе и при финансовой поддержке президента и владельца группы компаний Crocus Group Араса Агаларова, друга певца и учредителя Фонда его культурно-музыкального наследия, а традиция проводить здесь Конкурс вокалистов имени всенародно любимого артиста жива и по сей день. Естественно, что без поддержки учредителя Фонда, эта замечательная традиция жить и развиваться просто бы не смогла. Президент Фонда культурно-музыкального наследия Муслима Магомаева – Тамара Синявская, вдова певца, знаменитая оперная певица (меццо-сопрано), в прошлом блистательная солистка Большого театра России, заведующая (с 2005 года) вокальной кафедрой Российского университета театрального искусства (ГИТИС).

Она же и неизменный председатель международного конкурсного жюри. В этом году в его состав помимо председателя вошли шесть человек, и в наших заметках настает момент их представить. Лариса Долина (Россия) – эстрадно-джазовая певица, завкафедрой эстрадно-джазового вокала (Московский государственный институт культуры). Фархад Шамси оглы Бадалбейли (Азербайджан) – пианист, дирижер, ректор Бакинской музыкальной академии. Дмитрий Бертман (Россия) – оперный режиссер, основатель и художественный руководитель московского театра «Геликон-Опера», завкафедрой режиссуры и мастерства актера музыкального театра (РУТИ – ГИТИС).

Винченцо Де Виво (Италия) – художественный руководитель Академии оперного искусства в Озимо, творческого альянса театров Opera Ancona Jesi (Театра Муз Франко Корелли в Анконе и Традиционного театра Дж. Б. Перголези в Йези), а также Фестиваля Перголези и Спонтини в Йези, Майолати Спонтини и окрестных городах региона Máрке. Ханс-Йоахим Фрай (Германия) – оперный режиссер, организатор и художественный руководитель музыкальных фестивалей в Линце (Австрия), Оперного бала в Дрезденской государственной опере (Semperoper), который в феврале 2017 года пройдет уже в 12-й раз, а также организатор (с 1996 года) и председатель жюри международного вокального конкурса «Competizione dell’Opera», который с 2001 года проходит в Дрездене.

Франко Фарина – итальянский оперный певец, родившийся в США, педагог по вокалу, один из уникальных лирико-драматических (героических) теноров, в последние годы с большим успехом осваивающий вагнеровский репертуар. Хотя свою яркую карьеру певец триумфально пронес через многие престижные сцены Америки и Западной Европы, его имя слуху широкой российской публики сегодня практически ничего не говорит. Три года назад автору этих строк посчастливилось услышать певца в Антверпене в партии Тристана в «Тристане и Изольде» Вагнера на открытии сезона Фламандской оперы – и это было поистине незабываемо!

…По своей задумке Международный конкурс вокалистов имени Муслима Магомаева – довольно необычный синтез исполнительства оперного и эстрадного жанров, и в этом, несомненно, заключена его главная изюминка. Но в отличие от конкурсов стопроцентно академических, проходящих в залах с естественной акустикой, на этот раз чрезвычайно сложно было смириться с тем, что оперные арии приходилось слушать в микрофон. Увы, иного выхода просто нет, ведь огромный по своим размерам зал «Крокус Сити Холл», где традиционно проходит финал, иных возможностей для пения просто не предполагает. То же самое – и сравнительно недавно открывшийся в едином «крокусном» комплексе зал «Вегас Сити Холл», в котором в этом году проходил полуфинал и который по размерам существенно меньше (в прошлые годы оба тура конкурса принимал «Крокус Сити Холл»).

Для меня как для слушателя, впервые попавшего на этот конкурс, оба зала оказались вполне приятными и уютными: к музыкальному восприятию их интерьеры и технические ресурсы, несомненно, располагали, но лишь в части исполнявшихся конкурсантами эстрадно-песенных номеров. Что же касается восприятия оперных арий, то, собственно, все годы с момента проведения I конкурса неразрешимая проблема с естественной акустикой (вернее, с ее отсутствием) автора этих строк от соблазна оказаться в числе слушателей как раз и удерживала. И всё же любопытство на сей раз пересилило – и вот я здесь. Не скрою, что на принятие этого решения во многом повлияло то, что оркестром конкурса в этом году оказался Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония», один из ведущих коллективов столицы. И оба конкурсных дня оркестр выступал со своим главным дирижером Дмитрием Юровским.

Освоившись с атмосферой конкурса, понимаешь, что на нем «всё не так». Во-первых, он сверхкомпактен: не успел 22 октября начаться, как 23 октября уже и завершился. Во-вторых, 19 человек, отобранных для открытого полуфинала из общего числа участников, подавших заявки, – количество сравнительно небольшое, если учесть, что по регламенту, согласно набранному количеству баллов, в финал должны были пройти 10 участников (на самом деле в этот раз по решению жюри в финал прошли 11 человек). В-третьих, поразительным было то, что оба тура, в каждом из которых исполнялись оперная ария и эстрадно-песенный номер, проходят под оркестр. А это значит, что с оркестром с каждым из 19 участников надо было отрепетировать по четыре разных, неповторяющихся номера! Умножьте 19 на 4 – даже «не умножается»! Такой режим работы далеко непрост, но при этом большая нагрузка ложилась не столько на певцов, сколько на оркестр с дирижером.

Наконец, в-четвертых, невероятно подкупало то, что результаты голосования жюри по десятибалльной системе были персонифицированно открытыми и сразу же после выступления участника появлялись на больших экранах. Как для завсегдатая многих исключительно академических конкурсов, для меня это было неожиданно и непривычно. В режиме реального времени по оглашаемым баллам сразу было понятно, кто лидирует и кто станет победителем: прозрачность в этом отношении была достигнута полная, зато накал интриги ожидания финальных результатов, когда наперед знаешь баллы всех участников, в этом случае был заметно меньше. Да и трансляция выступлений участников на больших экранах в зале невольно придавала атмосфере конкурса черты легкой развлекательности.

Абсолютно ничего плохого в этом, конечно же, не было, ведь для весьма специфичной публики таких залов, редко бывающей в опере или на филармонических концертах, это как раз тот самый демократичный формат восприятия, когда вживую исполненная оперная ария с микрофонной подзвучкой заскучать им точно уже не даст. Именно поэтому публика (хотя на полуфинале ее было значительно меньше) весьма живо и благодарно реагировала на выступление каждого участника: это ведь фактически была телевизионная «Большая опера», но с живым присутствием в зрительном зале. Понятно, что соединение в рамках Международного конкурса вокалистов имени Муслима Магомаева оперного жанра с эстрадным с целью популяризации оперы – момент, несомненно, положительный, но для истинно оперных меломанов-«академиков» это всегда неизбежный извечный компромисс.

Заявки на конкурс в этом году поступили от участников из 23 стран, но, как водится, предварительный отбор смогли пройти далеко не все. 19 участников полуфинала представили 12 стран – Азербайджан, Аргентину, Грузию, Египет, Израиль, Италию, Казахстан, Китай, Монголию, Россию, Украину и Хорватию. А в числе 11 участников финала оказались представители лишь 7 стран – Азербайджана, Грузии, Италии, Китая, Казахстана, Монголии и России. И, надо сказать, несмотря на необычный формат и непривычные условия проведения, два дня на IV Международном конкурсе вокалистов имени Муслима Магомаева оказались довольно интересными, ведь явные удачи на нем, несомненно, были. Но сначала огласим официальные результаты:

Гран-при и звание лауреата – меццо-сопрано Василиса Бержанская (Россия);
I премия и звание лауреата – контратенор Ильхам Назаров (Азербайджан);
II премия и звание лауреата – баритон Магеррам Гусейнли (Азербайджан);
III премия и звание лауреата – тенор Баярсайхан Батжаргал (Монголия).

Все финалисты, не ставшие лауреатами, получили дипломы конкурса. Из дипломантов следует отметить привлекательно фактурные голоса, но не всегда интерпретации, тройки баритонов. В их числе – Лаша Сеситашвили (Грузия), Чулуунбаатар Бадрал (Монголия) и Станислав Ли (Казахстан). А из лауреатов – на конкурсах так бывает довольно часто – наибольшее впечатление произвели вовсе не «первые лица». Самым стилистически изысканным и артистичным исполнителем оказался баритон Магеррам Гусейнли (вот кому лично я отдал бы Гран-при!), а самым технически раскрепощенным и обстоятельным, правда, несколько недобирающим темпераментности – тенор Баярсайхан Батжаргал.

Премию контратенора Ильхама Назарова, обладателя искусственно поставленного малообъемного голоса, следовало бы разделить с микрофоном, который этот голос заметно укрупнил. Но такой бессмертный хит Муслима Магомаева, как «Весенний край – Азербайджан» петь контратенором было уже явно не с руки, и певец запел своим вполне естественным высоким баритоном или даже тенором, и именно этот его номер произвел наиболее сильное – цельное и очень яркое! – музыкальное впечатление. Сегодня мода на контратеноров переживает свой ренессанс, и это лишь один из ее конкурсных всплесков.

Напротив, напористо громкому, холодно стальному, практически безобертональному звучанию Василисы Бержанской, голос которой после безуспешных блужданий по стезе сопрано вдруг решил назвать себя меццо-сопрано, микрофон явно не помогал. Парадокс в том, что вокальные данные этой певицы – довольно неплохие, вполне качественные. И всё же и на сей раз было очень громко, но при этом не очень музыкально и не очень, если говорить об оперном репертуаре, стильно. Впрочем, именно эту исполнительницу публика встречала наиболее восторженными овациями. А это и есть знак того, что примирение оперного жанра с эстрадным в итоге состоялось: «Большая опера» продолжается…

Игорь Корябин

http://belcanto.ru/

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31