симфонический оркестр Москвы
Русская филармония

Концерт без репетиций — миссия выполнима

Издание: 
Classica.FM
Дата публикации: 
20 Декабрь, 2012

Дмитрий Юровский, Александр Гиндин и оркестр «Русская филармония» без единой репетиции исполнили Третий фортепианный концерт Рахманинова.

Открытие II Московского Рождественского фестиваля классической музыки 19 декабря с Третьим фортепианным концертом Рахманинова в исполнении пианиста Андрея Гаврилова ознаменовалось скандалом.

В этот вечер на эстраду Светлановского зала ММДМ вышел Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония», оркестранты заняли свои места, настроили инструменты, после чего в зале повисла непонятная пауза. Длилась она минут пятнадцать. За кулисами в это время царила паника: солист после первого звонка не вышел из артистической.

Когда в неё заглянули, то обнаружили там его блистательное отсутствие. Кто-то из технического персонала ММДМ сообщил что видел, как Гаврилов с чемоданом в руках и в сопровождении какой-то женщины выскользнул из артистической, покинул здание ММДМ через пожарный выход и уехал на такси.

Не исключено, что при известной непредсказуемости Андрея Гаврилова московский пианист Александр Гиндин на последней репетиции, которая завершилась минут за 50 до начала концерта, оказался не случайно. По её окончании он уже собрался уходить: слушать выступление Гаврилова, грозившее стать провальным, он не хотел, однако задержался, беседуя с дирижёром.

Когда стало ясно, что Гаврилов сбежал, художественный руководитель оркестра Дм. Юровский предложил Гиндину заменить его. Гиндин согласился, после чего на сцене появился явно взволнованный дирижёр. Он, слегка путаясь, объявил без микрофона, что солист Андрей Гаврилов «заболел», но в зале присутствует пианист Александр Гиндин, который любезно согласился заменить заболевшего. Позже эту же информацию сообщила диктор. Через некоторое время, когда пианисту нашли белую рубашку, раздались первые аккорды концерта Рахманинова.

Дирижёр и новый солист, несмотря на стрессовую ситуацию, начали концерт уверенно и ярко. Стресс этот, помимо внезапности, объясним ещё и тем, что Гиндин и Дмитрий Юровский, несмотря на то, что ранее выступали вместе, Третий Рахманинова не играли никогда. Решиться исполнить его без единой репетиции — это конечно, подвиг с оттенком авантюры.

Как известно, Третий концерт Рахманинова не самый, мягко говоря, лёгкий с точки зрения сольной партии и аккомпанемента. К чести всех участников этого исполнения, солист и оркестр ни разу заметно не разошлись — это ли не высшее проявление профессионализма дирижёра, солиста, и, безусловно, оркестра, который очень чутко следовал за рукой дирижёра. Возможно, в интерпретации не хватило той глубины, что заложена в партитуре концерта Рахманиновым, но этого и нельзя было ожидать в подобных условиях — однако это было крепкое, профессиональное и яркое исполнение.

Можно только восхищаться отвагой дирижёра, ведь перед ним был очевидно более лёгкий выбор — например, заменить концерт Пятой симфонией Шостаковича, которую оркестр играл накануне. Ситуация разрешилась по-иному, что ехидно (и лестно для нас) прокомментировал известный и тоже склонный к эпатажу английский музыкальный критик Норман Лебрехт: «Когда в Москве пианист отказывается играть Третий концерт Рахманинова, в зале всегда найдётся другой пианист».

Юровский объявил о «болезни» из деликатности — за несколько дней до концерта в близком окружении Андрея Гаврилова произошла трагедия. В этой связи перед началом репетиций пианисту был задан вопрос: в состоянии ли он после пережитого играть концерт? Ответ был положительный, и дирижёр приступил к репетиции.

По словам Юровского, когда на первой репетиции Гаврилов не сыграл “доброй половины нот” своей партии, дирижёр тактично промолчал, отнеся это к стрессу, но это повторилось и на последующих репетициях. Дирижёр уже настойчивее предложил Гаврилову: если тот не в состоянии выступать, отказаться от концерта – но тот твердил, что всё в порядке, что он будет играть, и стал предъявлять малообоснованные претензии к самому дирижёру. В результате обсуждений прийти к согласию удалось — но, как оказалось, это был лишь отвлекающий манёвр.

Как позже выяснилось, Гаврилов сбежал, не вернувши гонорара, который получил заранее (таково было его условие) — это поведала директор оркестра «Русская филармония» Гаянэ Шиладжян. Позже, вместо того, чтобы подтвердить деликатно преложенную версию «болезни», Гаврилов принялся на своей странице в Facebook поливать бранью дирижёра Дмитрия Юровского, симфонический оркестр, Шиладжян, Гиндина, обвинив уже их в не профессионализме.

Это не первый случай бегства Гаврилова — схожая ситуация проихошла в 2007 году во Владимире, куда он приехал играть с местным оркестром Первые концерты Шопена и Рахманинова. Тогда, однако, его помощница предупредила sms-сообщением об отказе играть за несколько часов до концерта; в Москве же эпатажный пианист превзошёл сам себя, ускользнув из концертного зала за 10 минут до начала выступления.

Вторая симфония Сергея Рахманинова, исполненная во втором отделении, непроста для исполнения — её довольно сложно собрать по форме. Она менее драматична, нежели Первая, её эпического содержание усложняет задачу удерживать внимание зала в силу не слишком ярко выраженных внутренних конфликтов. Здесь легко впасть в ригоризм и ложный пафос, упустив важные детали рахманиновского музыкального языка.

Ко времени написания Второй симфонии у Рахманинова уже ярко проявился свой собственный, узнаваемый гармонический язык. Этот язык не был революционным, как, скажем у Скрябина, не таким броским, но от этого не менее интересным.

Юровский сумел придать внутреннюю напряжённость и эпическим, и лирическим эпизодам, под рукой дирижёра были хорошо слышны гармонические находки Рахманинова. Это стало возможным благодаря не только великолепному звучанию оркестра в целом, но и точной, сбалансированной и профессиональной работе групп. Великолепно была исполнена партия кларнета (Павел Золотухин), особенно в Adagio. Прочным ритмическим стрежнем симфонии стала прекрасно исполненная партия литавр (Дмитрий Утенков). Можно с удовлетворением констатировать, что «Русская филармония» вошла в число лучших симфонических оркестров Москвы.

Владимир Ойвин

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31